Удачный обмен без обмана : За что украинский зритель полюбил антрепризу?
Причин, по которым рядовой киевский - да что там, просто украинский! - театрал не любит антреприз, множество. Не вдаваясь в занудные перечисления очевидного, куда проще назвать повод, по которому не единожды обжегшиеся любители Мельпомены по-прежнему ходят на антрепризные спектакли. Как ни смешно, но залы заполняются ради звезд. И пусть декорациями к их таланту служит одна табуретка, вера в чудо и, главное, в актерский профессионализм в нашей публике, слава Богу, неистребима.
На самом деле "Нас поменяли телами" - постановка, практически на 100% осуществленная преимущественно труппой Театра драмы и комедии на Левом берегу Днепра. Режиссер, ведущие актеры - все как один "птенцы гнезда" Эдуарда Митницкого. Да и комедия положений молодого белорусского драматурга Андрея Курейчика - по духу зрелище вполне соответствующее "левобережным" установкам о том, что такое хорошо, а что такое плохо в современном театре. Очень смешная, гротескная пьеса - но не без намека на то, что, отсмеявшись положенное время, пусть даже до колик в животе, постфактум нелишне хоть немного подумать о вечном. К примеру, о продолжающемся испокон веков противостоянии мужского и женского начал. То есть о борьбе и единстве противоположностей - мужчин и женщин, - без которых, как известно, "жить нельзя на свете, нет!"
Сюжет пьесы прост, чтобы не сказать - незатейлив. Средних лет супруги Богдан (Горянский) и Марина (Егорова) живут как все вокруг. Скучно то есть. Зато - привычно. Глаза бы от этой скуки друг на друга не глядели! Может, потому, когда Богдан приходит с работы, пара постоянно ругается: все не такая рутина, какие-никакие человеческие яркие эмоции, а не только телевизор и хмурое молчание. Во время одной из таких, ставших привычными, ссор жизнь героев чудесным образом изменяется. Увлекшись скандалом, спорщики не успевают "отшить" с порога очередного навязчивого коммивояжера, а тот оказался... Исполнителем Желаний. И в доказательство качественности услуг своей "всемирно известной международной корпорации" исполняет горячее желание обоих супругов. На свою беду, те как раз пожелали друг другу "оказаться на моем месте". Вот и получилось, что Богдан очнулся в теле Марины, а Марина, соответственно, стала Богданом (но только внешне!). Признаваться, что их поменяли телами, нельзя - решают герои: никто не поверит, и парочку попросту примут за сумасшедших. Вот и остается бедолагам жить "на месте" своей "половинки"! Правда, для этого, как выясняется, предстоит освоить миллион не таких уж и несущественных мелочей - от походки противоположного пола до тем типичных разговоров в мужской или, напротив, женской компании, от кухни и журналов мод до... Ну, в общем, вы и сами представляете! К тому же, как выясняется, у каждого из супругов имелась своя тайная жизнь, о которой второму знать вовсе и не следовало. И когда на сцене появляется еще и незадачливый любовник Марины, которому, разумеется, невдомек, что "поменять телами" (или все же разумами?) кое-кого можно не только в ироничной фантастике Роберта Шекли... Ой-ой, что тут начинается... Впрочем, как и положено по законам комедийного жанра, заканчиваются трехмесячные злоключения парочки вполне благополучно, то есть комичный обмен аннулирован. Но за прошедшее время "на месте" другого пола, характеры и мужчины, и женщины явно меняются к лучшему: Богдан становится менее брутальным и более нежным и заботливым, Марина же забывает о капризах и слезах недовольства, зато с куда большим пониманием относится к тому, что, оказывается, так важно для супруга: к примеру, посещению футбольных матчей или пятничные посиделки в мужской компании. Вывод же, который делают для себя герои, вполне закономерен: "Не важно, муж я тебе или жена. Я люблю тебя". Утирая слезы - одновременно и сентиментальные, и от смеха, довольная публика расходится. Браво!
Но, к слову, о характерах. А точнее - об актерах, создавших эти самые характеры Богдана и Марины. На них, Горянском и Егоровой, и в самом деле держится спектакль, и это в первую очередь благодаря их игре и стоит идти на постановку. В противном случае - т. е. не будь блестящего актерского дуэта - пьеса превратилась бы в пошловатый, зато полный гэгов фарс. Горянский с Егоровой и в самом деле "поменялись телами". На глазах изумленной публики мужчина становится женщиной - кокетливой, изнеженной, растерянной, и шаг за шагом эта "женщиномужчина" учится быть женственной. Вот - освоена походка. Вот - кокетливый (а не вульгарный) взмах ресниц. Вот, ближе к финалу, когда арсенал внешних проявлений женственности освоен и уже привычно ходить на каблуках и пользоваться косметикой, и даже понравилось быть на кухне и до прихода своего Мужчины готовить ему ужин позатейливее - изменяется, кажется, сама душа. Богдан-Марина, кажется, становится мягче. И уж во всяком случае, точно - отзывчивее. Зритель к этому времени так свыкается с тем, что Горянский - это на самом деле Марина в облике Горянского, что и сам давно не замечает, что происходящее на сцене - чистейшей воды лицедейство! Да, как ни крути, а голову морочит тебе со сцены сильный пол. То же, но с обратной полярностью, касается и Егоровой. У Владимира Горянского наконец появилась достойная партнерша! Не то чтобы на Левом берегу - сплошь недостойные, но... Марина Егорова - перепуганный муж, вдруг нашедший у себя "лишние детали" тела (и потерявший "главную"), - живая иллюстрация того, что все мужчины - те же мальчики, только взросло выглядящие. Чуть позже Егорова - уже эдакий "генерал в юбке", а точнее, набирающий уверенности в себе "мужчиноженщина", и, наконец, "свой парень". Снежана тоже неподражаема! Играя без антракта и, фактически, без декораций, только самими собой удерживая спектакль, актеры ухитрились ни разу не сфальшивить и ни разу не позволить себе опуститься до пошлости или хоть на йоту переиграть. Увидев их на сцене, сам Станиславский, наверное, завопил бы от радости: "Верю!". Киев, конечно, тоже бисировал. Отдавая дань тому, что зал Октябрьского дворца, мягко говоря, - не лучший в столице и что выкладываться актерам приходилось просто на пределе физических возможностей. Только выйдя на улицу, я вспомнила, что ни разу за два часа не возмутилась, мол, спектакль-то - антифеминистский, зачем же так в наш век? И тут же подумала, что если сыграли настолько талантливо, в самом деле, какая разница, что о правах и свободах женщин думают актеры?..
